9ce9bf27     

Назаров Вячеслав - Силайское Яблоко



ВЯЧЕСЛАВ НАЗАРОВ
СИЛАЙСКОЕ ЯБЛОКО
1. Вступление.
Несостоявшийся математик Оксиген Аш стал Кормчим случайно и совершенно неожиданно для себя. В один из летних дней, прокаленных белым солнцем и оглушенных звоном ситар, двери колледжа захлопнулись за ним навсегда, и Окси оказался лицом к лицу со своей судьбой. Ничто не предвещало ее величья, а потому Окси, следуя древнему завету «Возьми свое, а потом чужое», набил полные карманы узкими синими яблокамискороспелками в маленьком садике и вышел через ворота на центральную площадь столицы.
Площадь, обычно пустынная в полуденный час, на этот раз была многолюдна. Планета Свира переживала очередные потрясения, и все, кого не обременяли неотложные труды, принимали в событиях деятельное участие.

У бочек с красным силайским пивом толпились мужчины, обвешанные оружием. Женщины в белых косынках медсестер предпочитали ледяной сливочный коктейль с мятными хлебцами.

 По мостовой в разные стороны проносились бронетранспортеры с повстанцами и служителями порядка. Мальчикилоточники сновали среди прохожих, предлагая новейшие образцы бесшумных пистолетов и пуленепробиваемых жилетов.

 Голубые девушки из Уличного страхования жизни бойко заключали блицдоговоры. Ктото гдето стрелял, ктото когото ругал, ктото за кемто гнался, ктото чтото кричал – все это было красочно, захватывающе и волновало.
Но Оксиген шел среди толпы задумчивый и печальный. Исключение из колледжа было для него тяжкой обидой. Ведь он совсем не был глуп – не глупей других, во всяком случае, – но ему отчаянно претила теория.

 Он чудесно обходился без нее. Он любил яблоки, не испытывая потребности узнать, как и зачем они растут. Он любил мастерить забавные штучки из разнородных деталей, но никогда не ведал наперед, что у него получится.

 Историки называют это качество духовным аскетизмом гения. Преподавателям оно казалось ограниченностью.
Меланхолично жуя яблоко, Окси дошел до Дворца Свободы. Под полуразрушенной аркой главного входа застрял танк, и полицейские гвардейцы вместе с повстанцами пытались его вытащить.

Аш поглазел на дружную, но бесплодную работу и от нечего делать вошел в правительственный сад. Парк был весь изрыт окопами и затянут маскировочными сетями, из кустов ежевики торчали стволы скорострельных орудий.

 Представители враждующих сторон дремали на своих боевых постах. Два пулеметчика лениво ругались изза места под деревом: оба были толстые, оба обливались потом, и оба в равной мере не хотели занимать позицию на солнцепеке.
В саду пахло бензиновой гарью, порохом и потом, и Оксиген Аш беспрепятственно прошел мимо двух зевающих охранников в приемный зал к Кормчему Свиры. Здесь было прохладнее и спокойнее. Работал буфет, музыкальный автомат наигрывал медленную шору, отравителипрофессионалы пили шипучий билу со льдом и делились вполголоса новыми рецептами.
На Аша никто не обращал внимания. Даже когда он заглянул в секретный блоккабинет Кормчего, ему крикнули только, чтобы он прикрыл за собой дверь и не устраивал сквозняка. Сквозняка боялись все.
В кабинете Кормчего не было ни души, и это обрадовало Оксигена. Ему хотелось посидеть одному, наедине со своими невеселыми думами. И поскольку другой мебели в кабинете не было, Окси направился к единственному креслу – Великому Креслу, запятнанному кровью десятков правителей, продырявленному сотнями пуль, обугленному огнеметами и лазерами, забрызганному всевозможными ядами и кислотами.
Он сел в кресло, не ведая, что творит, и вой сирен, включенных датчиками от сиденья, уведомил



Назад