9ce9bf27     

Набоков Владимир - Ада, Или Радости Страсти (Часть 2)



Владимир Набоков
Ада,
или Радости страсти
Семейная хроника
Часть вторая
1
В аэропорту Гадсон, в одном из украшенных позолоченными рамами зеркал
ожидальни Ван углядел шелковый цилиндр отца, сидевшего, поджидая его, в
кресле поддельного мраморного дерева. Все остальное закрывала газета,
выворотными буквами сообщавшая: "Крым: Капитуляция". В этот же миг к Вану
обратился с приветствием одетый в непромокаемое пальто человек с приятным,
отчасти поросячьим, розоватым лицом. Он представлял прославленное
международное агентство, известное как СПП и доставлявшее "Сугубо приватные
письма". После первого всплеска удивления Ван сообразил, что Ада Вин, его
недавняя возлюбленная, не могла найти более тонкого (во всех смыслах этого
слова) способа доставить ему письмо, ибо способ этот, несказанно высоко
оцениваемый и ценимый, гарантировал совершенную секретность, сокрушить
которую даже в окаянные дни 1859 года не смогли ни мучительства, ни
месмеризм. Поговаривали, будто сам Гамалиил во время его (увы, теперь уже
не частых) наездов в Париж, как и король Виктор в ходе еще довольно
регулярных визитов на Кубу и Гекубу - ну и разумеется, дюжий лорд Голь,
вице-король Франции, когда случалось ему отправляться в долгие прогулки по
Канадии, предпочитали феноменально деликатную и, сказать по правде, пугающе
непогрешимую СПП тем государственным средствам связи, с помощью которых их
сексуально оголодалые подданные дурили своих жен. Представший перед Ваном
посыльный отрекомендовался Джеймсом Джоунзом - сочетание, обращаемое полным
отсутствием побочных оттенков смысла в идеальный псевдоним, даром что то
было его настоящее имя. В зеркале обозначилось суетливое трепыхание, однако
Ван спешить не стал. Пытаясь выиграть время (ибо, увидев отдельно
предъявленную карточку со шлемом Адиного герба, он счел необходимым прежде
всего решить, следует ли ему вообще принимать письмо), он внимательно
осмотрел смахивающий на туза червей значок, который Джи-Джи
продемонстрировал ему с простительной гордостью. Посыльный попросил Вана
вскрыть письмо, убедиться в его подлинности и расписаться на карточке,
сразу за тем вернувшейся в некую потайную складку либо сумку, составлявшую
часть облачения либо анатомии молодого детектива. Приветственные и
нетерпеливые вскрики отца (обрядившегося для полета во Францию в черную
пелерину на алой шелковой подкладке) в конце концов принудили Вана прервать
беседу с Джеймсом и сунуть письмо в карман (чтобы через несколько минут,
перед тем как взойти на борт авиалайнера, прочитать его в уборной).
- Ценные бумаги, - сказал Демон, - свечой идут вверх. Наш
территориальный триумф и прочее. Американскому губернатору, моему другу
Бессбородко, предстоит обосноваться в Бессарабии, а британский, Армборо,
будет править Арменией. Видел, как ты у автомобильной стоянки обнимался со
своей графинюшкой. Если ты на ней женишься, я лишу тебя наследства. Они на
голову ниже нашего круга.
- Через год-другой, - сказал Ван, - я уже буду купаться в своих
собственных маленьких миллионах (подразумевалось состояние, оставленное ему
Аквой). Но вам, милостивый государь, тревожиться не о чем, наш роман
прервался на неопределенный срок - до времени, когда я вернусь, чтобы опять
поселиться в ее girliniere1 (канадийский жаргон).
Демон, точно скат помавая мантией, поинтересовался, кто, собственно,
нажил неприятности с полицией, Ван или его poule (кивнув в направлении
Джима не то Джона, который, в ожидании еще одного адресата, сидел,
про



Назад